Наверх
vorle.ru

А мои-то куряне...

Проект Юбилейный

Великие люди о великой земле.

Николай Васильевич Гоголь в 1832 году задержался в Курске на несколько дней: "Не сделавши 100 верст, переломал так свой экипаж, что принужден был прожить целую неделю в Курске, в этом скучном и несносном Курске".


Еще один писатель Антон Павлович Чехов был также в Курске проездом. Один из рассказов посвящен городу нашему Тиму и называется "Самый большой город России".

"В памяти обывателей города Тима, Курской губ., хранится следующая, лестная для их самолюбия легенда.

Однажды какими-то судьбами нелёгкая занесла в г. Тим английского корреспондента. Попал он в него проездом.

Это какой город? — спросил он возницу, въезжая на улицу.

Тим! — отвечал возница, старательно лавируя между глубокими лужами и буераками.

Англичанин в ожидании, пока возница выберется из грязи, прикорнул к облучку и уснул. Проснувшись через час, он увидел большую грязную площадь с лавочками, свиньями и с пожарной каланчой.

А это какой город? — спросил он.

Ти… Тим! Да ну же, проклятая! — отвечал возница, соскакивая с телеги и помогая лошадёнке выбраться из ямы.

Корреспондент зевнул, закрыл глаза и опять уснул. Часа через два, разбуженный сильным толчком, он протёр глаза и увидел улицу с белыми домиками. Возница, стоя по колени в грязи, изо всех сил тянул лошадь за узду и бранился.

А это какой город? — спросил англичанин, глядя на дома.

Тим!

Остановившись немного погодя в гостинице, корреспондент сел и написал: "В России самый большой город не Москва и не Петербург, а Тим".

Упоминал о Курске и свет русской поэзии Александр Сергеевич Пушкин, который в нашем городе сам никогда не был. Великий русский актёр, уроженец наших краев, Михаил Сергеевич Щепкин, общаясь с поэтом, очень много рассказывал ему о курянах. Пушкин в свою очередь убеждал Щепкина написать свои воспоминания, оставить последующим поколениям свои правдивые рассказы. И чтобы Щепкин не отказался написать воспоминания, Пушкин сам начал их такой фразой: "17 июня 1836 (г.). Москва. Записки актера Щепкина. Я родился в Курской губернии Обоянского уезда в селе Красном, что на речке Пенке…"

Владимир Владимирович Маяковский также отметился на нашей земле. В его послании "Рабочим Курска, добывшим первую руду, временный памятник работы Владимира Маяковского" есть такие строки:

Я не геолог, но я утверждаю,
что до нас было под Курском голо.
Обыкновеннейшие
почва и подпочва. Шар земной,
а в нем - вода
и всяческий пустяк.

А вот детский писатель Даниил Хармс, который отбывал в Курске ссылку за антисоветскую деятельность в 1931 году отмечали: "Город, в котором я жил в это время, мне совершенно не нравился. Он стоял на горе, и всюду открывались открыточные виды. Они мне так опротивели, что я даже рад был сидеть дома. Да, собственно говоря, кроме почты, рынка и магазина, мне и ходить-то было некуда…". "Курск - очень неприятный город. Я предпочитаю ДПЗ. Тут, у всех местных жителей я слыву за идиота. На улице мне обязательно говорят что-нибудь вдогонку. Поэтому я, почти всё время сижу у себя в комнате…"

Хармс писал Корнею Ивановичу Чуковскому, что в курской тюрьме он встретил изысканное общество интеллектуалов, а вот в самом городе сплошь тупые обыватели.

Очень тепло на столице региона отзывался поэт природы Константин Георгиевич Паустовский в "Повести о жизни. Книги 1-3. Далекие годы. Беспокойная юность. Начало неведомого века": "Странный город Курск. Его любят многие, даже никогда в нем не бывавшие. Потому что Курск – это преддверие юга. Когда из пыльных и тяжелых вагонов скорого поезда Москва – Севастополь открывались на холмах его дома и колокольни, пассажиры знали, что через сутки за окнами вагонов в предутреннем морском тумане розовыми озерами разольется цветущий миндаль и о близости "полуденной земли" можно будет просто догадаться по яркому свечению горизонта.". ("Беспокойная юность")

В июле 1869 г. Курск восхитил Фёдора Ивановича Тютчева: "Итак, вот еще одно из тех мест, которое – не будь оно в России – давно служило бы предметом паломничества для туристов. Во-первых, расположено оно великолепно и смутно напоминает окрестности Флоренции, как бы смешно ни показалось."  "…Впрочем я ничуть не сожалею о своей долгой остановке в Курске… Одним словом, я унесу из Курска самое благоприятное впечатление, и оно останется таковым, если только не повторится, ибо в сущности лишь в самые первые минуты ощущается поэтическая сторона всякой местности".  Стихотворение "В небе тают облака" навеяно нашим краем.

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин в очерке "Признаки времени. Сила событий" упоминает Курскую губернию и характеризует ее жителей: "Курский мужик наверное ничего не знает об Орловской губернии; орловский мужик не имеет никаких сведений о Курской губернии. Они не понимают, зачем им нужны эти "другие" губернии, и, следовательно, еще меньше могут интересоваться вопросом об окраинах. Если курскому мужику говорят: "поляк бунтует" или "немец блудит", то в этих словах ему сказывается не вопрос о целости или величии отечества, а вопрос о рекрутчине… Он знает только город Щигры; он слыхал, что по соседству с Щиграми существуют еще города Фатеж и Короча и что в городе Курске сидит губернатор, который вразумляет бунтующих и только по неизреченному своему милосердию оставляет невинных без взыскания. Всё остальное для него миф".

Русский учёный, писатель и лексикограф, составитель "Толкового словаря живого великорусского языка" Владимир Иванович Даль весьма нелицеприятно отзывался о жителях нашего города: "Куряне очевидно принадлежать къ какому-то особому племени: приземистые и плотные, широколобые, волосъ темно-русый или рыжий, глаза кapie; народъ работящий, но вороватый и злобный".

Целую эпоху и сословие описывает Иван Сергеевич Тургенев, который хорошо знал Курскую губернию. Его "Гамлет Щигровского уезда" - настоящее исследование провинциальной интеллигенции, ее жизни и быта.

О курске писали многие писатели, поэты и другие исторические личности - Николай Алексеевич Некрасов, Константин Михайлович Симонов, Лев Николаевич Толстой, Николай Николаевич Асеев, Михаил Аркадьевич Светлов, Иван Сергеевич Аксаков, Константин Дмитриевич Воробьев, Афанасий Фет, Евгений Иванович Носов, Николай Семенович Лесков и другие. Но свою подборку цитат хочется закончить самым известным упоминанием о курянах, которое содержится в "Слове о полку Игореве":

"Седлай же, брат,
своих борзых коней,
а мои-то готовы,
уже оседланы у Курска.
А мои-то куряне опытные воины:
под трубами повиты,
под шлемами взлелеяны,
с конца копья вскормлены,
пути им ведомы,
овраги им знаемы,
луки у них натянуты,
колчаны отворены;
сами скачут, как серые волки в поле,
ища себе чести, а князю славы
".

Печать

Последние новости

Спецпредложения компаний (на правах рекламы)

Яндекс.Директ